Казаки на СВО

Степь не прощает тишины, когда по ней катится гул большой беды. Здесь воздух пахнет не только горькой полынью, но и паленой сталью, разрывающей горизонт с четырнадцатого года. Кубанки сбиты на затылок, в глазах — отражение донецких терриконов, ставших новыми курганами. Это не просто война, это вечный дозор, где дедовская шашка сменилась на тепловизор, а зов крови заглушил команды штабов. Крест на груди, прицел на врага, и молитва, зажатая между зубами в тесном окопе. Древний дух вольницы вгрызается в чернозем, удерживая рубежи, которые не начертишь на карте. Грядет рассвет, который либо заберет всех в ковыль, либо вернет домой с победой, цена которой еще не выплачена сполна.